Экологические проблемы верхней Оки

Автор: Сергей Сорокин

Боюсь, что над нами не будет возвышенной силы, 
Что, выплыв на лодке, повсюду достану шестом, 
Что, всё понимая, без грусти пойду до могилы... 
Отчизна и воля - останься, моё божество! 
Н. Рубцов


Десять лет назад в журнале «Рыболов-клуб» (№3 за 1999 год) была опубликована статья «Ока на участке Калуга-Алексин с точки зрения спиннингиста». Статья размещена на многих рыболовных Интернет-сайтах, и желающие легко могут найти ее по названию через любую из поисковых систем. В той статье подробно описывались особенности рыбной ловли на данном участке Оки, и лишь отдельные, незначительные ее фрагменты были посвящены проблемам экологии. В частности, несколько слов было сказано о негативном влиянии гидромеханизированных работ по добыче нерудных материалов (песка и щебня) на русло реки. Тогда, десять лет назад, основываясь на личном рыболовном опыте и опыте своих друзей, я с восторгом отмечал привлекательность верхней Оки для любителей спиннинга. Рыболовы со стажем прекрасно помнят, сколько судака, жереха и голавля было под Алексином, Калугой или Серпуховом 10-15 лет назад. Пожалуй, ни один из водоемов в радиусе 200 километров от Москвы не мог сравниться с верхней Окой по количеству жереха. При этом даже начинающие спиннингисты, использующие незатейливые снасти, нередко становились обладателями трофейных экземпляров весом более 3-4 кг. На утренней зорьке река порой «кипела» от всплесков хищника. В те годы, на фоне резкого сокращения промышленного производства, и, как следствие, уменьшения количества токсичных отходов, сливаемых в Оку и ее притоки, будущее реки представлялось вполне оптимистичным. Тогда казалось, что даже такие очевидные проблемы как разгул браконьерства и уже упомянутая выше добыча песка и щебня в пойме реки не смогут разительно ухудшить экологическую ситуацию. По крайней мере, так быстро.  

Спустя 10 лет, от прежнего оптимизма не осталось и следа. Теперь верхняя Ока чаще упоминается в контексте экологических проблем, нежели в связи с рекомендациями выбора места предстоящей рыбалки. По крайней мере, я не стал бы сейчас советовать кому-либо отправляться на Оку выше Алексина в надежде на сколько-нибудь серьезный улов. Да и от других, признаться, таких советов давно не слышал.

Главной проблемой верхней Оки, да, пожалуй, и не проблемой, а настоящей трагедией, является изменение русла и катастрофическое обмеление в результате варварской «хозяйственной» деятельности человека. В первую очередь это бездумная и порой полностью бесконтрольная добыча нерудных материалов, как в многочисленных прибрежных карьерах, так и непосредственно из самой реки. Добыча легкодоступного песка и щебня – занятие весьма прибыльное, а для необремененных совестью «генералов песчаных карьеров» сиюминутная выгода гораздо важнее будущего великой реки. Работы не прекращаются даже в период нереста. Более того, именно в это время, когда после весеннего половодья уровень воды еще достаточно высок, «оживляется» работа земснарядов, ежедневно «процеживающих» тысячи тонн воды и донного грунта. Грохот, сопровождающий этот процесс, слышен за несколько километров. А ведь когда-то на Руси во время нереста даже в колокола не звонили…

В результате такой деятельности уродуется формировавшееся веками природное русло реки, меняется ее глубина, ширина, скорость течения, оползает берег, пропадают некогда знаменитые окские пляжи, уничтожаются нерестилища и прибрежные биоценозы. А ведь несколько десятилетий назад именно верхняя Ока считалась самым благополучным с точки зрения устойчивости русла и богатства ихтиофауны участком реки. В частности, это отмечал профессор В.И. Жадин в сборнике «Загрязнение и самоочищение реки Оки» (1964г.): «В целом верхний участок Оки отличается от остальной реки богатством и разнообразием своей фауны… Причину этого мы склонны видеть в геологическом строении долины Оки, ее истории, в относительной стабильности русла».

Значительное влияние на обмеление реки оказывает также забор воды на различные хозяйственные нужды: для полива расположенных в пойме сельскохозяйственных угодий, работы ТЭЦ и пр. Большинство населенных пунктов, находящихся в непосредственной близости от Оки, так или иначе, используют воду ее артезианского бассейна. Причем это не только небольшие деревеньки, имеющие 2-3 колодца, но и города с многотысячным населением. И ладно бы речь шла только о приокских городах, таких как Калуга, Алексин, Серпухов или Кашира. В последние годы повышенный интерес к Приокскому водному месторождению активно проявляют также Москва и Тула. Не так давно на левом берегу реки в нескольких километрах выше Алексина была построена водозаборная станция, предназначенная для водоснабжения Тулы. Благодаря активному вмешательству экологов и краеведов пуск станции приостановлен, однако зловещая труба уже проложена по противоположному берегу. Кстати, все земельные работы, проводившиеся при строительстве этого отнюдь не эстетичного объекта и прокладке трубопровода, велись в непосредственной близости от знаменитого Любутского городища, упоминавшегося еще в летописях XIV века. Именно под Любутском в 1373 году войсками Дмитрия Донского был разбит передовой отряд литовского князя Ольгерда, и, тем самым, пресечена попытка литовских феодалов воспрепятствовать объединению земель вокруг Московского княжества. Отсюда же родом и Великие сыновья земли русской, герои Куликовской битвы Пересвет и Ослябя. Каждый метр земли в округе городища представляет огромную историческую ценность. Нетрудно представить, что сделали с ее культурным слоем во время строительства.

Еще большую угрозу для реки в целом представляет проект так называемой Южной водозаборной системы (ЮВС). Впервые об этом проекте заговорили в начале 80-х в связи с нехваткой воды для южных районов Москвы и городов юга Московской области. С тех пор интерес к ЮВС то затихал, то вновь разгорался. В частности, после Чернобыльской аварии Приокский подземный водозабор рассматривался как источник «защищенной» воды в случае чрезвычайных ситуаций. В 90-х, когда производство на большинстве московских и подмосковных предприятий сократилось или вообще было приостановлено, и потребность в воде резко сократилась, разговоры о ЮВС немного поутихли. Однако несколько лет назад подготовительные работы по строительству ЮВС возобновились. Недалеко от Серпухова уже пробурены экспериментальные скважины и ведется забор воды. Если проект ЮВС будет реализован в полном объеме, что предполагает забор 1 200 000 кубометров воды в сутки, то река окончательно погибнет.

По оценкам экологов за последние 10 лет уровень воды на участке Калуга-Алексин опустился примерно на 1,5 метра и продолжает неуклонно падать. Если подобные темпы обмеления сохранятся, то еще через 10 лет «самая русская из всех русских рек» превратится в ручей. Уже сейчас судоходство на верхней Оке практически прекращено. Разве что пассажирский катер «Луч» изредка курсирует между Алексином и Калугой в период высокой воды. О нерегулярности судоходства свидетельствует также периодическое (иногда многолетнее) отсутствие бакенов на многих участках реки. В среднем и нижнем течении река также мало судоходна. Так в последние 3 года многие туристические фирмы были вынуждены сократить или полностью отменить программы речных круизов, пролегающих по Оке. В частности, это коснулось популярной «Московской кругосветки», маршрут которой от Москвы до Нижнего Новгорода проходит по Москве-реке и Волге, а обратно – по Оке.

Каждый год на реке появляются новые острова, которые постепенно зарастают ивняком и сливаются с береговой линией. Во многих местах реку легко перейти вброд, при этом максимальная глубина будет по пояс. Один мой приятель, не приезжавший в верховьях Оки несколько лет, был неприятно поражен поистине сюрреалистическим зрелищем – на участке протяженностью пару сотен метров несколько рыбаков стояли по колено в воде практически на середине реки…

Когда-то Ока была южным пограничным рубежом Московии и серьезной, порой непреодолимой преградой на пути вражеской конницы. Сейчас же ее переходят вброд даже коровы. Об одном таком случае несколько лет назад рассказала директор музея- усадьбы «Поленово» Наталья Громолина. Тогда стадо коров с другого, тарусского берега перешло Оку и разгуливало по территории усадьбы.

В позапрошлом году, вооружившись эхолотом, я сплавлялся на резиновой лодке от понтонного моста у поселка Дугна до поселка Петровский (пригород Алексина). На этом некогда глубоководном и богатом рыбой участке длиной около 15 км показания глубины лишь дважды превысили 4м. Средняя же глубина едва достигала полуметра! Еще в 80-х на фарватере глубина 4-5 метров встречалась здесь практически повсеместно, а в отдельных ямах доходила до 8-10 метров. Левый, более пологий берег изобиловал в те годы песчаными пляжами, большинство из которых «высосаны» земснарядами. Так пляж у деревни Дулево протяженностью более полукилометра и шириной до 30 метров был полностью уничтожен менее чем за два года. Теперь на его месте непроходимые «джунгли» ивняка. Вслед за уничтожением пляжа на противоположном берегу, у деревни Коровино, бесследно исчезли две глубоководные заводи. Зимой они были великолепным местом для подледной рыбалки, а весной их прибрежная зона, густо поросшая кувшинками и рдестом, становилась излюбленным местом нереста многих видов рыб. Когда-то в эти заводи заходили суда калужских купцов, плывущих на Макарьевскую ярмарку. Но вряд ли ведали об этом временщики на земснарядах.

Что только не испытала многострадальная Ока за последние годы! И сколько ей еще придется испытать. Но все же, стоя у кромки воды, проходя по заливному лугу или наблюдая за излучинами реки с высокого холма, хочется снова и снова повторять слова из известного очерка Василия Пескова: «Ока все еще хороша!»

Сергей Сорокин



Обсуждение закрыто

Если Вы заметили неточность в указании номера телефона, адреса или другой информации, просьба указать верные данные.

Поиск по сайтам города Алексина